.RU

§ 11. Святители Игнатий (Брянчанинов) - Учебное пособие для 4 класса семинарии Сергиев Посад


^ § 11. Святители Игнатий (Брянчанинов) и Феофан (Говоров), затворник Вышенский
Великими духовными писателями и учителями христианской жизни, верными выразителями святоотеческих традиций в русском богословии ХIХ века были епископы Игнатий и Феофан.

Епископ Игнатий (в миру Димитрий Александрович Брянчаников) родился 5 февраля 1807 году в селе Покровское Вологодской губернии. Брянчаниновы ― старинный дворянский род, восходящий к оружейнику князя Дмитрия Донского ― Михаилу Бренко. Уже в отроческие годы Дмитрий Брянчанинов мечтал о монашестве, но отец требовал от сына, чтобы тот выбрал карьеру, подобающую дворянину. «Детство мое, ― писал впоследствии епископ Игнатий, ― было преисполнено скорби».

По настоянию отца он поступил в Петербургское военно-инженерное училище. Благодаря своим способностям и прилежанию он обратил на себя внимание великого князя Николая Павловичя, будущего императора, который опекал это училище. Но учебные успехи не давали внутреннего удовлетворения. «Родилась и уже возросла в душе моей какая-то страшная пустота, ― писал он позже, ― явился голод, явилась тоска невыносимая по Богу. Я начал оплакивать нерадение мое, оплакивать то забвение, которому я предал веру, оплакивать сладостную тишину, которую я потерял, оплакивать ту пустоту, которую я приобрел, которая меня тяготила, ужасала, наполняя ощущением сиротства, лишения жизни. И точно ― это было томление души, удалившейся от истины в жизни своей, Бога». В училище вокруг Дмитрия сложился кружок религиозно настроенных юнкеров, которые вечерами собирались для усердной молитвы и обсуждения богословских вопросов. К этому кружку принадлежали Михаил Чихачев (впоследствии монах) и Н.Ф.Фермор.

По окончании училища Брянчанинов был направлен на службу в Динабург. «В строгих думах снял я мундир юнкера, ― писал он потом, ― и надел мундир офицера. Я сожалел о юнкерском мундире в нем можно было, приходя в храм Божий, стать в толпе солдат, в толпе простолюдинов, молится и рыдать сколько душе угодно». Офицерская служба его продолжалась недолго. Осенью 1827 года он заболел и подал прошение об отставке.

Уволенный со службы юный ревнитель благочестия отправился в Александро-Свирский монастырь и поступил в послушание в подвизавшемуся там опытному старцу Леониду. Свой послушнический искус он продолжил в Кирилловом Новоезерском монастыре под руководством старца Феофана, в Площанской и Оптиной пустыни, и, наконец, в Глушицкой обители под Вологдой, где 1831 году был пострижен в монашество с именем Игнатий в честь священномученика Игнатия Богоносца.

Когда император Николай вспомнил о своем любимце военном инженере Брянчанинове и узнал, что принял постриг и управляет древней Пельшемской обителью, он вызвал его к себе в Петербург и велел назначить строителем Троице-Сергиевой пустыни, расположенной возле столицы и находившейся тогда в упадке. 24 года управлял он этой обителью. Взгляды отца Игнатия на монашество складывались под влиянием святоотеческих аскетических творений и бесед со старцами Леонидом и Феофаном Новоезерским. Трудами настоятеля в Сергиевой пустыни был введен общежительный устав ― в обители возобновилась аскетическая жизнь. В 1838 году архимандрит Игнатий был назначен благочинным монастырей Петербургской епархии. Он много сделал тогда для возрождения древнего Валаамского монастыря, поставив его настоятелем духовно опытного подвижника игумена Дамаскина.

В 1857 году архимандрит Игнатий был хиротонисан в епископа Кавказского и Черноморского. После хиротонии он прибыл в свой кафедральный город Ставрополь. Епископ Игнатий содействовал улучшению положения местного духовенства, благодаря его заботам в Ставрополе был создан хороший церковный хор, построен архиерейский дом, благоустроена Духовная Семинария.

Болезнь вынудила его летом 1861 года уйти на покой и поселиться в Николо-Бабаевском монастыре Костромской епархии. Здесь он подвизался до самой кончины, последовавшей 30 апреля 1867 года в Неделю Жен-Мироносиц. В монастыре он вел обширную переписку с людьми, искавшими у него совета и наставления и писал богословские сочинения.

Самые значительные труды епископа Игнатия: «Аскетические опыты», «Аскетическая проповедь», «О молитве Иисусовой», «Приношение современному монашеству», «Слово старца с учеником», «О терпении скорбей», «Слово о смерти».

В «Аскетических опытах» начертан идеал духовного трезвения, собранности и смирения. Но аскетическое делание не заслоняло для епископа Игнатия конечной цел подвижничества: стяжания благодатного мира и встречи со Христом. «Ты приходишь! ― писал он, ― я не вижу образа пришествия Твоего, вижу Твое пришествие».

Мистические увлечения Александровской эпохи встревожили его, и святитель не уставал в своих творениях предостерегать против мистической мечтательности, против нетрезвой прелестной «духовности», отравленной гордыней и превозношением. Не одобрял он и чтения инославных мистических книг. В западных святых Терезе или Лойоле святитель Игнатий видел самообольщенных и духовно поврежденных людей, называл их сумасшедшими. Предостерегал он и против чтения знаменитого «Подражания» Фомы Кемпийского, которое пользовалось тогда необычайным успехом не только в кругу религиозно настроенных светских лиц, но и среди некоторых монахов. Жесткими и резкими словами характеризовал святитель и светскую культуру. «Ученость, ― говорил он, ― светильник ветхого человека».

Состояние современной ему церковной жизни вызывало у него тревогу и скорбь. Ещё будучи настоятелем Сергиевой пустыни, он в беседе с английским богословом В. Пальмером говорил с удивительной откровенностью: «Наше духовенство чрезвычайно лихо поддается новым и странным мнениям, читает книги неправославных и даже неверующих сочинителей… Россия, пожалуй, находится недалеко от взрыва в ней еретического либерализма. У нас есть хорошая внешность: мы сохранили все обряды и Символ первобытной Церкви, но все это мертвое тело, в нем мало жизни. Белое духовенство насильно сдерживается в лицемерном православии только боязнью народа».

Епископа Игнатия тревожило и состояние современного ему монашества, над которым, считал он, нависла опасность постепенного обмирщения. Монахам он советовал держаться подальше от мира.

Младшим современником епископа Игнатия был другой знаменитый аскетический писатель епископ Феофан (в миру Георгий Васильевич Говоров). Он родился в семье священника Орловской епархии в 1815 году. В восьмилетнем возрасте Георгий поступил в Ливенское Духовное училище, по окончании которого был переведён в Орловскую Семинарию. Своё образование он завершил в Киевской Духовной Академии. Благодатное влияние на него оказала Киево-Печерская Лавра. В последний год своего студенчества он принял иноческий постриг в Киево-Братском монастыре с именем Феофан. После пострижения он вместе с монахом Макарием (Булгаковым), впоследствии знаменитым митрополитом Московским, посетил духовника Лавры старца Парфения, который, благословив их, сказал: «Вот вы, ученые монахи, набрав себе правил, помните, что одно нужнее всего ― молиться и молиться непрестанно умом в сердце Богу ― вот чего добивайтесь».

Окончив Академию со степенью магистра в 1841 году, иеромонах Феофан проходил обычное для ученого монаха административно-педагогическое послушание ― был ректором Киево-Софийского Духовного училища, инспектором Новгородской Духовной Семинарии, с 1844 года читал в Петербургской Духовной Академии лекции по нравственному и пастырскому богословию. Эти лекции он показал архимандриту Игнатию (Брянчанинову), который отнесся к ним одобрительно. Курс нравственного богословия, прочитанный в Академии, отец Феофан построил на святоотеческой аскетике. Отредактированные им впоследствии эти лекции составили книгу «Путь ко спасению».

В 1847 году иеромонах Феофан получил назначение в Иерусалим в Русскую Духовную Миссию и провел там, под началом архимандрита Порфирия (Успенского) 7 лет. На Востоке он довел до совершенства значение греческого языка, изучал еврейский и арабский язык, сам много читал святых отцов и занимался переводами с древних рукописей.

Возведенный в сан архимандрита, отец Феофан после возвращения в Россию снова преподавал в Петербургской Академии, был ректором Олонецкой Духовной Семинарии, настоятелем посольской церкви в Константинополе, а с 1857 года  ректором Петербургской Духовной Академии.

В 1859 году совершилась его хиротония в епископа Тамбовского. Во время одной из архипастырских поездок по Тамбовской епархии святитель посетил Вышенскую пустынь, которая понравилась ему и красотой местоположения, и особенно строгостью своего устава. Назначая настоятелем обители игумена Аркадия, Преосвященный на прощанье сказал ему: «Поезжайте, отец игумен, а там, Бог даст, и я к вам приеду». В 1861 году епископ Феофан принял участие в торжествах открытия мощей святителя Тихона Задонского. Это событие оказало благодатное воздействие на его собственную духовную жизнь. Переведенный в 1863 году на Владимирскую кафедру, он уже три года подал, по примеру новоявленного угодника святителя Тихона, прошение об увольнении его на покой в Вышенскую пустынь. Ходатайство его было удовлетворено.

В Вышенской пустыни святитель провел 28 лет. Образ его жизни в обители был крайне строгим. Он ежедневно ходил ко всем службам и за Богослужением стоял благоговейно, тихо, ради собранности ума и сердца в молитве закрывая глава. По воспоминаниям современников, случалось, что после Литургии подносивший ему антидор стоял перед ним минуты две, пока он не открывал глаза и не брал антидор. В алтаре он никогда не произносил праздного слова. Поучений не говорил, но само его служение было живой проповедью для молящихся.

После пасхальных дней 1872 года святитель Феофан уединился в затвор в монастырском флигеле, где принимал лишь настоятеля, духовника и келейника. В своей келлии он устроил и освятил церковь в честь Богоявления Господня, и последние 11 лет своего жития ежедневно служил в ней Божественную литургию. Службу совершал один и молча по служебнику, иногда пел. Келейное правило он порой заменял молитвой Иисусовой. Кроме молитвенного правила, святитель в затворе читал Священное Писание и творение святых отцов, занимался иконописанием и литературно-богословскими трудами. Сам он со смирением говорил о своем затворничестве: «Из моего запора сделали затвор. Ничего тут затворнического нет. Я заперся, чтобы не мешали, но не в видах строжайшего подвижничества, а в видах беспрепятственного книжничества… так выходит, то я книжник и больше ничего».

Епископ Феофан не преувеличивал значение затвора для духовного преуспеяния. «Когда молитва твоя до того укрепится, что все будет держать самого тебя в сердце пред Богом, тогда у тебя и без затвора будет затвор... Этого затвора ищи, ― советовал он, ― а о том не хлопочи. Можно и при затворенных дверях по миру шататься, или целый мир напустить в свою комнату». Затворнический подвиг открыл святителю глубины человеческой души, став знатоком души, он делился плодами своей богомудрой опытности с другими. В своей уединенной келлии святитель Феофан не прервал письменного общения с миром. Ему писали иноки, религиозно настроенные интеллигенты, простой народ. Для многих христиан, жаждавшие спасения, он стал заочным духовником. Каждый день святитель получал по 20-40 писем. По письму понять душу писавшего, и в ответе сказать самое главное и нужное. Свои письма он впоследствии соединял в сборнике и издавал. Из писем к княгине П.С. Лукомской была составлена одна из его главных книг «Письма о христианской жизни».

В Вышегонском затворе епископ Феофан написал свои сочинения, за которые его в 1890 году удостоили степени доктора богословия. В 1876 году в его переводе вышел первый том «Добротолюбия» на русском языке. «Добротолюбие» святителя Феофана Затворника не совпадает по составу ни со славянским сборником схиархимандрита Паисия (Величковского), ни с греческой «Филокалией» преподобного Никодима Святогорца. Оно значительно полнее греческого подлинника. Кроме «Добротолюбия» Вышенский Затворник перевел «Слова» преподобного Симеона Нового Богослова и «Невидимую Брань» святого Никодима Святогорца. Среди его оригинальных творений особое значение имеют Толкования на Послания апостола Павла. В них он опирается всегда на святоотеческую экзегезу, в основном на творения святителя Иоанна Златоуста и блаженного Феодорита. Но он пользовался и новейшими западными комментариями.

Огромную ценность представляют труды епископа Феофана по аскетике. Главная тема их ― душа, предстоящая Богу в сокрушении, покаянии и молитве. «Вся надежда тогда Спаситель, ― писал он, ― а отсюда непрестанное «Господи помилуй», христианин, живя в Боге, «в изумлении погружается в Его непостижимой Беспредельности и пребывает в Божественном порядке». Молитву святитель Феофан Затворник называл «умным предстоянием Богу в сердце… Своя из сердца молитва делает ненужной ненужной молитву читательную». Обращаясь к ревнителю иноческого жития, он пишет: «Настоящего вам хочется? Но где же вы его найдете? Оно скрыто и невидимо, видимы только всякие послабления. Иной раз приходит на мысль, что лучше не видеть монахов, а, уединившись, жить строго по примеру древних иноков». «Один Бог да душа ― вот монах, ― учил он ― Келлия его окно на небо… Когда в сердце монастырь, тогда строение монастырское будь или не будь, все равно».

Епископ Феофан с тревогой смотрел на духовное состояние современного ему общества. «Того и гляди, что вера испарится, писал он, — почти всюду спят… Через поколение, много через два иссякнет наше православие». Следовало бы завести целое общество апологетов, — мечтал он, — и писать, и писать». Но только писать мало, народ нуждается в настоящей апостольской проповеди, исполненной Духа и силы». Поджигатели должны сами гореть. Горя, ходить повсюду и в устной беседе зажигать сердце».

Вышенский Затворник и епископ Игнатий имели разные мнения о природе человеческой души и духов. Святитель Игнатий полагал, что вполне невещественным и нематериальным является только Бог, а всякое существо непременно ограничено пространством и временем, и в силу этого некоторым образом вещественны даже ангелы и человеческие души. Он писал: «Душа ― эфирное весьма тонкое летучее тело, имеющие весь вид нашего грубого тела, все его члены, даже волосы, его характер лица, словом, полное сходство с ним». Демоны, по словам святителя Игнатия, входят и выходят из человека, как воздух при дыхании. Иной взгляд выражал епископ Феофан. Он писал о простоте души, Для объяснения связи души и тела, считал он, нет нужды представлять душу вещественной, эту связь можно представить как динамическое средство между ними.

Труды епископа Феофана проникнуты живым святоотеческим духом, они являются чистейшим выражением церковного Предания. Творения святителя Феофана рано узнали и оценили на Западе. Они переведены на многие иностранные языки.

Жизнь святителя-подвижника постепенно угасла. Готовясь к кончине, он писал: «Умирать ― это не особенность какая, и ждать надо как бодрствующий ждет ночи, чтобы уснуть, так и живущим надо впереди видеть конец, чтобы опочить. Только даруй, Боже, почить о Господе, чтобы с Господом быть всегда». 6 января 1894 года, накануне престольного праздника своего келейного храма Богоявления, богомудрый Вышенский Затворник тихо почил. При его кончине никто не присутствовал. Всю жизнь он любил уединение и скончался наедине с Богом.


§ 12. Богословие в XIX веке


В XIX веке отечественная богословская мысль достигла своего расцвета. После столетия инославных влияний, которое было одновременно эпохой собирания сил, эпохой культурного роста, русская богословие в возрасте к святоотеческому наследию обрело для себя твердую почву. У истоков богословского подъема стоит фигура митрополита Московского Филарета.

В 50-60-х годах выходили исагогические и экзегетические труды профессора Казанской Духовной Академии архимандрита Феодора (Бухарева) «О подлинности и ценности некоторых Священных книг (Великих пророков, Посланий апостола Павла и 3 книги Ездры)», «Изъяснение на первую главу книги Бытия». Его книга «Исследование Апокалипсиса» была запрещена цензурой. Плохо зная историю, не имея исторического чутья, автор попытался в ней истолковать исторический процесс и судьбы мира, опираясь на произвольные и надуманные толкования отдельных мест Откровения. В «Исследовании Апокалипсиса» отразились настроения утопической мечтательности, унаследованные богословом от Александровской эпохи. Ответом Букарева на цензурный запрет было сложение иноческих обетов, отречение от священства и брак. За этим последовали неудачные попытки печататься, общественный остракизм, нищета и ранняя смерть.

Во второй половине столетия крупным экзегетом был архимадрит Михаил (Лузин) (1830-1837), профессор Московской, а потом ректор Киевской Духовной Академии, в конце жизни ― епископ Курский. Его толкования на Евангелия и Книгу деяний апостольских легли в основу преподавания экзегетики в Духовной школе. Написанная им книга «О Евангелиях и евангельской истории» явилась тонким, умным и строго православным ответом на отрицательную критику тюбингенской школы, Штрауса и в особенности Ренана.

В конце века появилась незаурядная работа епископа Таврического Михаила (Грибановского) (1856-1896) «Над Евангелием». Книга носит не столько экзегетический, сколько апологетический характер. Магистерское сочинение епископа Михаила названо «Опыт изъяснения основных христианских истин естественного человеческой мыслью». В печати вышла лишь первая часть диссертации под названием «Истина бытия Божия».

В 1883 году вышла обстоятельный курс основного богословия профессора Н. Рождественского «Христианская апологетика». Этот труд отличается особенной полнотой в изложении материала.

В области богословской апологетики и христианской философии глубиной и оригинальностью мысли отличается трех томное сочинение архиепископа Херсонского Никанора (Бровковича) «Положительная философия и сверхъестественное откровение». В нем ведется аргументированный спор с позитивизмом и материализмом ради оправдания веры разума. Архиепископу Никанору принадлежит также «Разбор римского учения о видимом главенстве в Церкви». Архиепископ Никанор был также замечательным проповедником. В проповедях о Завете Божием, произнесенных в 70-е годы, он развивает мысль о том, что до сотворения мира, в вечности, уже «Совершилась сущность творческого, искупительного, спасительного Завета». И Пресвятая Дева «прежде века стала посредницей между миром, человеком, воплощенным Сыном Божиим и Божеством. В своем гомилетическом наследии архиепископ Никанор ближе всего к митрополиту Филарету.

Ему принадлежали также мелизарный труд «Воспоминания», в которых живо и интересно повествуется о важных событиях церковной жизни, свидетелем которых был автор. В «Воспоминаниях» дан ряд талантливо очерченных портретов церковных и государственных деятелей, которых знал мемуарист архиепископов Смарагда (Кржановского), Афанасия (Дроздова), митрополитов Макария (Булгакова), Платона (Городецкого), Исидора (Никольского), обер-прокуроров К.П. Победоносцева, В.К. Саблера.

Первым опытом полного изложения догматики в XIX веке стал вышедший в 1848 году труд ректора Киевской Духовной Академии архимандрита Антония (Амфитеатрова), впоследствии архиепископа Казанского, «Догматическое богословие».

В 1852 году вышла пятитомная «Полная система догматического богословия» пресвященного Макария (Булгакова). Митрополит Макарий родился в 1816 году в Тамбовской епархии. Образование получил в Киевской Академии, с 1842 года преподавал в Петербургской Академии, несколько лет состоял ее ректором. После архиерейской хиротонии занимал Винницкую, Тамбовскую, Харьковскую и Литовскую кафедры. Скончался в 1882 году в сане митрополита Московского. Это был один из самых разносторонних и плодовитых духовных писателей-богословов и известный церковный историк, его труда составили целую эпоху в церковной науке. «Догматика» митрополита Макария многократно переиздавалась, была переведена на французский язык. В книге собран большой, почти исчерпывающий библейский и патристический материал. Архиепископ Никанор (Бровкович) находил в «Догматике» митрополита Макария «необыкновенную мерность и верность богословского взгляда, необыкновенный дар найти и указать границу между положением богословским и небогословским, между догматической богооткровенной истиной веры и положением человеческого, хотя и богословского мнения». А историк П. Знаменский писал, что это «тру совершеннейший из всех, какие до него являлись». В действительности по полноте материала Макариевская «Догматика» не знает себе равных в русской богословской литературе. Она и поныне остается прекрасным справочником.

В 1891 году вышел «Опыт православного догматического богословия с историческим изложением догматов» профессора архимандрита Сильвестра (Малеванского), позже епископа и ректора Киевской Духовной Академии. В отличие от «Догматики» митрополита Макария этот труд пронизан историзмом.

Историческая сторона догмата находилась в центре внимания и профессора Петербургской Духовной Академии А.Л. Катанского (1836-1919). В своих статьях и лекциях он писал о важности исторического и даже историко-филологического анализа отеческих текстов. А.Л. Катанский тщательно отделял «библейское» богословие от церковного, или «патристического», а «патристическое» распределял по эпохам и отдельным отцам.

По нравственному богословию одной из самых распространенных книг было «Православно-христианское учение о нравственности» (1887) ректора Петербургской Духовной Академии протоиерея И.Л. Янышева, впоследствии протопресвитера. В этой работе заметен «моралистический уклон» от святоотеческой аскетической антропологии.

В XIX веке вышел ряд руководств по пастырскому богословию ― архимандрита Антония (Амфитеатрова), архимандрита Кирилла (Наумова), профессора В.Ф. Певницкого, архимандрита Бориса (Плотникова). Одним из наиболее глубокомысленных сочинений в этой области является труд протоиерея С.А. Соллертинского «Пастырство Христа Спасителя» (1887)

Кроме пасторологических сочинений научного характера, в XIX веке выходили также практические руководства для пастырей. В первой половине столетия лучшей книгой в этом роде были «Письма о должностях священного сана» А.С. Стурдзы (1840), а во второй ― «Практическое руководство для священнослужителей» П.И. Нечаева (1884) и «Святое, высокое служение иерея Божия ― добровольное мученичество» игумена Тихона, в котором излагаются аскетические воззрения на пастырское служение. Близкие к мыслям святителя Феофана Затворника. Крупными канонистами XIX века были епископ Смоленский Иоанн (Соколов), профессора Н.С. Суворов, А.С. Павлов.

В 1803 году вышел классический труд по истолковательной литургике «Новая скрижаль» епископа Вениамина (Румовского), который многократно переиздавался и долгое время служил семинарским учебником.

Во второй половине столетия в литургической науке возобладал исторический метод. С ним связаны труды по литургике, принадлежащие архиепископу Филарету (Гумилевскому) и профессору А.Л. Катанскому. Крупнейшим русским литургистом был Н.Д. Мансветов. В своих исследованиях он обратился к древним рукописям, содержавшим богослужебные последования. За каждым чинопоследованием он видел тысячелетнюю историю его становления.

Совершенно особое место в русской духовной литературе занимает «Сказание о странствии и путешествии по России, Молдавии, Турции и Святой Земле» (1856) иеромонаха Парфения, написанное простодушно и бесхитростно. «Сказание» продолжает традицию древнерусских «Хождений» по Святой Земле, начатую игуменом Даниилом (XIII в.). Книга инока Парфения имела успех среди читателей разных сословий, и грамотных простолюдинов, и людей высшей культуры. Известна высокая оценка этой книги Ф.М. Достоевским.

Не менее своеобразно и ещё одно знаменитое творение отечественной духовной литературы ― «Откровенные рассказы странника». Это книга о молитве Иисусовой, написанная от лица богомольца-подвижника из мирян-простолюдинов. «Откровенные рассказы», переведены на многие иностранные языки.

Из числа проповедников XIX века особенно знаменит архиепископ Херсонский Иннокентий (Борисов) (1800-1855), которого назвали русским Златоустом. Он выпускник, профессор и ректор Киевской Духовной Академии. Его гомилетическое наследие составляет около 500 проповедей. Они посвящены в основном изложению догматического и нравственного учения Церкви, но содержат в себе также и резкие обличения пороков паствы.

Архиепископ Иннокентий умел увлечь слушателей неожиданно острой постановкой вопросов. Он старался говорить, обращаясь не только к уму, но и к сердцу, воображению пасомых. По словам историка, «слушатели архиепископа Иннокентия видели у него богословскую истину, строгую и важную, в таком блестящем одеянии, какого они никогда себе не представляли». Живое чувство проповедника, образность и красочность его языка, необычайное искусство произношения и одушевление производили на слушателей сильное впечатление. Эти проповеди, изданные и много раз переизданные, читались во всех уголках России.

Архиепископу Иннокентию принадлежит книга «Последние дни земной жизни Иисуса Христа» (1847), написанная с замечательным литературным талантом. Митрополит Макарий (Булгаков) говорил, что преосвященный Иннокентий «не был богословом-ученым, искусство, человеческого слова ― вот в чём его призвание».

Замечательным проповедником был еще один Херсонский святитель архиепископ Дмитрий (Муретов) (1883). Его проповеди отличаются внешней безыскусственностью, но всегда глубоки по смыслу и проникнуты теплотой веры и искренним благочестием.

Проповеди протоиерея Иродиона (Путятина) (1869), служившего в Рыбинске, отличаются краткостью не свойственной гомилетике, силой слова, особой задушевностью тона. Они обращены к простым, некнижным людям. Отцу Иродиону удавалось, как никому другому, излагать высокие истины христианства на языке, понятному народу. Его проповеди выдержали более 20 изданий, они и ныне служат прекрасным образцом для приходских пастырей.


§ 13. Церковно-историческая наука в XIX столетии


Рубеж XVIII и XIX веков был эпохой пробуждения национального самосознания и углубления интереса к отечественной истории. Уже в конце XVIII столетия в Духовных школах больше внимания стало уделяться исторической науке. Наиболее просвещенные иерархи по своей личной инициативе открывали в епархиальных Семинариях курсы церковной и гражданской истории. Благодаря настойчивости митрополита Платона в 1798 году вышел указ о преподавании церковной истории в богословском классе академии и семинарий.

В середине века церковно-исторические кафедры академий разделили на четыре отдельных кафедры: библейской истории, общецерковной истории, истории Русской Церкви и новой истории западных церквей. В 1869 году история Церкви была включена в учебные планы историко-филологических факультетов светских учебных заведений. Уже в первой четверти века церковно-историческая наука обрела под собой твёрдую почву благодаря тому, что в основу исторических исследований авторы стали полагать самостоятельный анализ рукописных исследований.

Крупнейшим историком этой эпохи был митрополит Киевский Евгений (Болховитинов). Он родился в 1767 году в Воронеже, получил образование в московской Духовной Академии. Хиротонисанный в епископа Старорусского в 1804 году, он занимал впоследствии Вологодскую, Калужскую, Псковскую, а с 1822 года ― Киевскую кафедру. Скончался в 1837 году.

Митрополит Евгений был истинным и преданным науке ученым, история и археология были любимыми предметами его занятий. Во всех городах, где ему пришлось служить, он тщательно изучал местные архивы и библиотеки, собирал и издавал археографические памятники. Результатом тщательных текстологических, археологических изысканий стали «История княжества Псковского с историей Псковской иерархии», «Описание Воронежской губернии», «Исторические сведения о Вологодской епархии и о Пермских, Вологодских и Устюжских архиереях», «Описание монастырей Вологодского края», «Описание Киево-Софийского собора с историей Киевской иерархии», «Жизнеописание епископа Тихона Воронежского» и еще целый ряд исторических исследований по различным темам.

Чрезвычайно ценными справочными пособиями, не утратившими значения в настоящее время, являются два его библиографических словаря: Словарь исторический о бывших в России писателях духовного чина Греко-российской Церкви (1818) и Словарь светских писателей, изданный посмертно, в 1840 году. Самый значительный труд митрополита Евгения «История Российской иерархии» в шести частях вышел под именем архимандрита Амвросия (Орнатского), позже епископа Пензенского. Отец Амвросий был только помощником митрополита Евгения в составлении этой «Истории».

Широкую известность приобрели церковно-исторические сочинения А.Н. Муретова. Его «История Русской Церкви» (1838) служила учебным руководством для Духовных школ. Переведенная на иностранные языки, она долгое время являлась главным источником для ознакомления иностранцев с русской церковной историей. Муравьеву принадлежат «Жития святых Русской Церкви, также иверских и славянских», «Краткое изложение избранных житий святых по руководству Четьий-Миней», «Сношение России с Востоком по делам церковным».

Крупнейшим после митрополита Евгения церковным историком был архиепископ Черниговский Филарет (Гумилевский) (1805-1866), питомец Московской Духовной Академии, её профессор и ректор. В 1848 году он издал пятитомную «Историю Русской Церкви». Это было исследование настоящего историка, с широкими и продуманными обобщениями. У него впервые вся русская церковная история представлена как живое целое, от Крещения Руси до царствования Николая. И история эта рассказана вдумчиво, с глубокой заинтересованностью. Суждения автора отличаются резкостью, остротой. История синодальной эпохи написана у него по тем временам необычайно откровенно и смело.

Известно, сколь велико было влияние архиепископа Филарета на становление русской церковно-исторической школы, на углубление историзма в отечественных трудах по патрологии и догматическому богословию, на формирование научно-богословского мировоззрения протоиерея А. Горского, который в своих лекциях по церковной истории так изложил своё научное кредо «История как наука подлежит общим законам исторической истины. Предмет церковной истории ― истина абсолютная, истина вечная. История Церкви не есть набор фактов мертвых и сухих, не есть механическая регистрация событий и явлений, по науке, обобщающая факты, устанавливающая между ними внутреннюю связь, изучающая идейную сторону фактов, не простое собирание фактов и объединение по принципу однородности. История Церкви должна знакомить не с фактами церковно-историческими, а с жизнью церковно-исторической».

Соработником и в своём роде соперником архиепископа Филарета в области не только богословской, но и церковно-исторической науки был его современник митрополит Макарий (Булгаков). Ему принадлежит «История Русской Церкви» (1857-1883), прерванная кончиной автора на 12 томе, повествующем о Соборе 1667 года. По богатству и полноте материала этот капитальный труд не знает себе равных в историографии Русской Церкви. Он сопоставим разве что с гражданской «Историей России с древнейших времен», С.М. Соловьёва. Митрополит Макарий ввёл в научный оборот ряд новых документов ― неизвестные ранее летописных текстов, рукописных житий святых. Благодаря ему, достоянием науки стало много неизвестных прежде исторических фактов. При этом встречавшиеся в источниках противоречия митрополит Макарий разрешал тонко и осторожно.

Русская Церковь, по верному представлению историка, является только частью Вселенской Православной Церкви, и она всегда сохраняла полное внутреннее единение с другими Поместными Церквами, содержала одинаковую с ними веру, один и тот же устав, свято блюла древние каноны. Автор разделяет историю Русской Церкви на 3 периода ― период полной зависимости от Константинопольской Церкви ― до 1240 года, период постепенного перехода к самостоятельности ― до 1589 года и, наконец, период её автокефального бытия ― с 1589 года.

Повествование митрополита Макария, в отличие от «Истории» архиепископа Филарета, ведется в беспристрастном и спокойном тоне. Профессор Н.Н. Глубоковский считал «Историю» митрополита Макария «историографической мозаикой». Этот монументальный труд является бессмертным памятником изумительного трудолюбия, любознательности и эрудиции её автора.

Митрополиту Макарию принадлежат и другие исторические труды ― «История русского раскола», «История Киевской Духовной Академии».

В 1871 году вышло «Руководство к русской церковной истории» П.В.Знаменского, многократно переизданное и ставшее на многие годы лучшим семинарским учебником по истории Русской Церкви. «Руководство» Знаменского ― не научное исследование, а учебное пособие, но эта работа, отличающаяся необычайной ёмкостью, умелым отбором наиболее важных исторических фактов, взвешенностью и продуманностью оценок, к тому же написанная живым, выразительным языком, является превосходной книгой для чтения по истории нашей Церкви. Профессору Знаменскому принадлежат также церковно-исторические монографии «Чтения из русской церковной истории за время царствования Екатерины», «Черты из истории Русской Церкви за время царствования императора Александра I», «Духовные школы в России до реформы 1808 года», «История Казанской Духовной Академии».

Появление в 1880 году «Истории Русской Церкви», написанной Е.Е.Голубинским (1834-1912), явилось событием в исторической науке. Вышедший из школы протоиерея А.В. Горского, Голубинский унаследовал у него стремление к документальности, к тщательному критическому анализу памятников. От Горского идёт и сравнительный метод Голубинского. Но в отношении Голубинского и к историческим документам, и к традиционным, устоявшимся оценкам, и даже к самим верованиям и благочестивым преданиям народа есть роднящий его с нигилистической публицистикой гиперкритицизм, мнительная недоверчивость и подозрительность. У него слишком заметен неуместный в историческом исследовании обличительный, почти разоблачительный пафос. По своему историческому мировоззрению Е.Е. Голубинский был западником, апологетом Петра I, склонным к весьма мрачной оценке всей допетровской старины. Положительную черту в исторических воззрениях учёного составляет его особый интерес к религиозно-нравственной жизни народа. Голубинский предлагает свою периодизацию русской церковной истории: киевский, московский, петербургский, или синодальный периоды.

Голубинским написаны также «История канонизации святых в Русской Церкви», «История Троице-Сергиевой Лавры», «Краткий очерк истории Православных Церквей Болгарской, Сербской и Румынской» и другие исследования.

В XIX веке вышел ряд научных трудов по истории западнорусской Церкви. Профессор Петербургской Духовной Академии М.О. Коялович написал «Историю русского самосознания», посвященную Брест-Литовской церковной унии. В 1883 году в Варшаве опубликована монография В.З.Завитневича «Палинодия Захария Копыстенского и её место в истории западнорусской полемики XVI-XVIII веков». Большую ценность для церковно-исторической науки представляют работы Малышева «Западная Русь в борьбе за веру и народность» и С.Т. Голубева «Пётр Могила и его сподвижники».

В области общецерковной истории русская наука XIX века открывается «Начертанием церковной истории» (в двух частях) (1817), принадлежащим епископу Иннокентию (Смирнову).

Крупнейшим знатоком церковной жизни христианского Востока был епископ Чигиринский Порфирий (Успенский). Родился он в семье псаломщика в Костроме в 1804 году. После окончания Петербургской Духовной Академии служил законоучителем в Петербурге и Одессе, бал настоятелем Одесского Успенского монастыря, ректором Херсонской Духовной Семинарии. В 1848 году Синод поставил архимандрита Порфирия во главе ново учрежденной Палестинской Духовной Миссии. Вынужденный покинуть Палестину в 1854 году и в связи с началом Крымской войны, архимандрит Порфирий вновь отправился на Восток в 1858 году, на этот раз преимущественно с научной целью для разыскания и описания памятников церковной архитектуры, древних икон, архивов, библиотек и богослужебной утвари. Вернувшись в Россию, он привёз с собой богатую коллекцию археологических и археографических памятников, собранных на Афоне, в Малой Азии, Сирии, Палестине, Египте и Эфиопии. После посвящения в епископа Чигиринского Преосвященный Порфирий продолжил работу по изучению древних памятников.

Результатом его неутомимых трудов явились фундаментальные исследования по церковной истории, патристике, археологии, и среди них — «Вероучение египетских христиан», «Христианский Восток», «Богослужение абиссинцев», «История Афона», «Дионисий Ареопагит и его творения». Часть сочинений епископа Порфирия осталась неопубликованной ― «Богослужение Константинопольской Церкви», «Путешествия» по Италии, по Фессалонике. Ценнейший материал содержится в его многотомных мемуарах «Книга бытия моего. Дневники и автобиографические записки». Труды епископа Порфирия заложили в твёрдую основу для разработки истории Византийской Церкви и нехалкидонских церквей Востока. Великий подвижник церковной науки скончался в 1885 году на покое, в Московском Новоспасском монастыре.

В области византологии большим ученым был профессор Петербургской Духовной Академии И.Е. Троицкий (1832-1902). Его исследования отличает широкий богословский и исторический кругозор. В центре научных интересов И.Е. Троицкого стояли взаимоотношения между Церковью и государством в Византии. Его лучшая монография «Арсений, патриарх Никейский и Константинопольский, и арсениты» посвящена одному из острых моментов в истории Византии.

Профессор А.П. Лебедев, читавший лекции в Московских Духовной Академии и университете, был крупным византологом и великолепным знатоком истории древней Церкви. Лучшая его книга ― «История первых Вселенских Соборов» (1879). Им написан также целый цикл работ по истории Византийской Церкви.

В области истории древней Церкви самым большим русским ученым был профессор Петербургской Духовной академии В.В. Болотов (1853-1900). Он соединял в себе дар историка-аналитика и патролога с широким богословским кругозором. В его первой книге, посвященной Оригену, дан исчерпывающий анализ учения этого мыслителя о Святой Троице, включенного в общую историю отеческой мысли, соотнесённого со Священным Преданием. В монографии вскрыты сложные взаимоотношения между оригенизмом и арианством.

Главный труд Болотова — академический курс «Истории Древней Церкви», изданный после кончины профессора по студенческим записям. Для «Истории» Болотова характерна высокая достоверность и надёжность излагаемых фактов, умелое их соединение. На фоне живо написанной общей картины церковной жизни дан глубокий анализ отдельных исторических и богословских вопросов. Особенно велики достоинства четвертого тома, где содержится чрезвычайно ёмкий очерк истории богословской мысли эпохи Вселенских Соборов. По глубине и тонкости анализа, по доказательности аргументов, по убедительности выводов этот том принадлежит к лучшему из всего, что написано отечественными церковными историками и патрологами. Ранняя кончина прервала труд выдающегося ученого.

-4-chelovek-v-situacii-globalizma-kazanskij-gosudarstvennij-universitet.html
-4-chuvstvennaya-sverhsistema-kniga-adresuetsya-tem-kto-nadelen-darom-tvorcheskogo-poiska-kto-ustremlen-k-celi.html
-4-deyatelnost-kak-celesoobraznij-adaptivnij-process-filosofiya-uchebnik.html
-4-ekonomika-sssr-v-50-e-nachale-60-h-godov-osnovnie-tendencii-razvitiya-i-reformi-upravleniya.html
-4-formi-mezhlichnostnogo-psihicheskogo-vzaimodejstviya-m-i-enikeev-obshaya-i-socialnaya-psihologiya.html
-4-gosudarstvennaya-duma-i-ee-deyatelnost-uchebnoe-posobie-ivanovo-2003-udk.html
  • paragraph.bystrickaya.ru/konkurs-uchitel-goda-altaya-2012.html
  • thescience.bystrickaya.ru/grafik-planovih-kontrolnih-proverok-na-ii-polugodie-2010-goda-stranica-2.html
  • lesson.bystrickaya.ru/uchebno-metodicheskij-kompleks-disciplini-gidrodinamika-i-teploobmen-napravlenie-stranica-6.html
  • uchitel.bystrickaya.ru/rabochaya-programma-uchebnoj-disciplini-elektricheskij-privod-po-specialnostyam-1806-tehnicheskaya-ekspluataciya-i-obsluzhivanie-elektricheskogo-i-elektromehanicheskogo-oborudovaniya-po-otraslyam.html
  • portfolio.bystrickaya.ru/osobennosti-vospitatelnogo-processa-doma-detskogo-tvorchestva-v-usloviyah-realizacii-regionalnogo-komponenta-obrazovaniya.html
  • abstract.bystrickaya.ru/1-obshaya-harakteristika-voprosov-informacionnoj-bezopasnosti-predpriyatiya.html
  • literatura.bystrickaya.ru/rossijskaya-gazeta-moskva-171-1482008-yuzhnoe-bratstvo-2-rukovodstvo-ministerstva-i-inie-predstaviteli.html
  • school.bystrickaya.ru/6-ocenka-stoimosti-innovacionnih-uslug-aro-tehnicheskoe-zadanie-po-proektu-7-metodologiya-ocenki-byudzhetnih-ekonomicheskih.html
  • composition.bystrickaya.ru/pamyatkastudenta-yagu.html
  • turn.bystrickaya.ru/otdel-tradicionnoj-narodnoj-kulturi-otchet-astrahanskogo-oblastnogo-metodicheskogo-centra-narodnoj-kulturi-za-2008-god.html
  • lesson.bystrickaya.ru/pravilo-momentov-kinematika-peremeshenie-put-ravnomernoe-dvizhenie.html
  • abstract.bystrickaya.ru/2-rukovodstvo-ministerstva-i-inie-predstaviteli-mchs-rf-3-vechernyaya-moskva-moskva-145-13-2008-hronika-konflikta-3.html
  • kolledzh.bystrickaya.ru/analiz-konsalting-www-ubk-02-narod-ru-respublika-bashkortostan-segod.html
  • notebook.bystrickaya.ru/kak-ya-pobedila-rak-dnevnik-isceleniya-ya-pobedila-isejchas-blagodarya-etim-zapisyam-mogu-rasskazat-vam-kak-proshla-etot-put-yaochen-hochu-pomoch-vsem-kto-nuzhd-stranica-3.html
  • shkola.bystrickaya.ru/programma-uchebnoj-disciplini-matematika-avtor-kandidat-fiziko-matematicheskih-nauk-docent-shepelyavaya-n-b.html
  • portfolio.bystrickaya.ru/plan-vospitatelno-obrazovatelnoj-raboti-gou-ds-860-na-2010-2011god-naimenovanie-deyatelnosti.html
  • diploma.bystrickaya.ru/vadim-aleksandrovich-chernobrov-stranica-65.html
  • control.bystrickaya.ru/doklad-ob-osushesvlenii-gosudarstvennogo-kontrolya-nadzora-v-sfere-gosudarstvennogo-regulirovaniya-cen-tarifov-regionalnoj-sluzhboj-po-tarifam-i-cenam-kamchatskogo-kraya.html
  • laboratornaya.bystrickaya.ru/prostie-elementnie-stati-sostoyashie-iz-odnogo-pervichnogo-ekonomicheskogo-elementa-slozhnie.html
  • school.bystrickaya.ru/byudzhetnoe-planirovanie-ipotechnogo-kreditovaniya.html
  • portfolio.bystrickaya.ru/paleolit-i-mezolit-zapadno-sibirskoj-ravnini.html
  • student.bystrickaya.ru/12-prochie-aktivi-otchet-o-pribilyah-i-ubitkah-za-god-zakonchivshijsya-31-dekabrya-2008-goda-6-otchet-ob-izmeneniyah.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/rabochaya-programma-disciplini-vipiska-iz-uchebnogo-plana-kurs.html
  • education.bystrickaya.ru/-2-obryadi-pogrebalnogo-cikla-uchebnoe-posobie-dlya-studentov-specialnosti-2306000-domovedenie-novosibirsk-2003.html
  • abstract.bystrickaya.ru/2-orientirovka-dzhejms-rollins-amazoniya.html
  • ekzamen.bystrickaya.ru/rok-akademicki-20082009-stranica-54.html
  • notebook.bystrickaya.ru/innovacionnaya-strategiya-imperativ-razvitiya-s-v-kortunov-strategiya-2020-pereschet-marshruta.html
  • spur.bystrickaya.ru/materiali-iz-gazeti-ferganskaya-pravda-vishedshie-v-30-za-30-iyulya-2009-goda-v-hokimiyate-oblasti-podvedeni-itogi.html
  • teacher.bystrickaya.ru/glava-5-sociologicheskie-osnovi-socialnoj-raboti-uchebnik.html
  • urok.bystrickaya.ru/press-sluzhba-oao-tattelekom-dajdzhest-smi-stranica-4.html
  • composition.bystrickaya.ru/polozhenie-o-gorodskom-konkurse-knigocheev-plan-massovih-meropriyatij-36-so-shkolnikami-36-gorodskaya-programma-49.html
  • learn.bystrickaya.ru/gonenie-antioha-iv-kniga-proroka-daniila.html
  • bukva.bystrickaya.ru/programma-raboti-po-ohranyaemim-rajonam-punkti-a-e-stati-8-145-stranica-5.html
  • znaniya.bystrickaya.ru/referat-po-discipline-informacionno-kommunikacionnie-tehnologii-v-estestvennonauchnih-issledovaniyah-metod-uprugih-kart-i-metod-klasterizacii.html
  • textbook.bystrickaya.ru/istoriya-girevogo-sporta.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.